03 Мар, 2020


                На холм поднявшись, 
Окрест себя ты задержи свой взгляд. Вдаль тянется нехоженое поле, 
Где камень, и кустарник, и песок. 
Одно лишь  пятнышко бросается в глаза, Сметливого хозяина примета. 
Он обеспечить жаждет свой народ, 
При том себя не забывая, овощами 
И фруктами куда как слаще тех, 
Что здесь земля когда-либо плодила.

— Л. Г. Николаи.
«Имение Монрепо в Финляндии. 1804».
Пер. с нем. яз. И. И. Городинский.

    В мае 1825 года Мария Хакман заплатила Паулю Николаи 26 с четвертью рублей за два абрикосовых, два сливовых и один гранатовый саженец из Копенгагена. Монрепо и Херттуала, две соседние усадьбы, разделенные только проливом, часто упоминались вместе. Да и отношения между хозяевами усадеб — семействами Николаи и Хакманов были по-настоящему соседскими. Словно ради соблюдения традиции они даже обзавелись «спорным» клочком земли: сухопутная граница между имениями пролегла по островку Саммонсари (совр. Былинный), который на картах разного времени показан как принадлежащий целиком или частично то Монрепо, то Херттуале. Про обитателей Саммонсари мы уже писали недавно* в заметках о родственниках и гостях Александрины Экстрем, урожденной Хакман, получившей в 1858 году Саммонсари в качестве приданого. Настал черед вспомнить и о ее знаменитой бабушке, владелице заводов... и пароходов.

    Мария Элизабет Хакман (1776-1865) в первой половине XIX века возглавляла самый известный в Выборге торговый дом «Хакман и Ко». Она родилась в семье чиновника городской (позднее губернской) администрации Иогана Фридриха Лаубе и дочери выборгского купца Хавемана. Мария была первым ребенком и ей довелось унаследовать семейный бизнес, так как сыновья Лаубе предпочли военную карьеру. В описываемое время (XVIII и начало XIX века) женщины имели вес в обществе, а семья матери имела значение не меньшее чем семья отца, поэтому женщины при замужестве зачастую не меняли фамилию. Мария, будучи уже супругой, а затем и вдовой, остается Марией фон Лаубе.

    Людвиг Генрих фон Николаи был знаком прежде всего с отцом Марии, занимавшим должность губернского секретаря. Они оба были в начале знакомства в чине коллежского советника, обладали личным дворянством и были в России иммигрантами. Иоганн Фридрих фон Лаубе (1745-1799) перебрался в Выборг из Лейпцига, в котором окончил университет. В то время для молодого образованного немца в России было куда больше шансов на успех, чем у себя на родине, и Лаубе свой шанс не упустил.

    Для своей дочери Лаубе подобрал жениха по себе. Бременец Иоганн Фридрих Хакман тоже был в Выборге новичком, приехав сюда из Гамбурга, чтобы привести в порядок «гамбургские» счета купца Дикандера. Хакман быстро освоился в Выборге, спустя двадцать лет содержал городской клуб и был купцом 1-й гильдии, то есть имел право внешней торговли, которой и занимался совместно с компаньоном Юханом Сигридом Игнациусом. К тому же Хакман был арендатором у Лаубе, то есть жил в его доме. Весной 1799 года Мария Элизабет Лаубе и Иоганн Фридрих Хакман вступили в брак, а в декабре того же года болезнь унесла из жизни родителей Марии. Молодые наследуют и городской дом, и Херттуалу, множество лесопилок, канатную фабрику, фабрику цикория и прочая, и прочая.

    Хакман погиб в 1807 году, при неясных обстоятельствах, по дороге в Херттуалу; тело его нашли в реке. Как пишет Улла Ийэс, доцент университета Турку, Людвиг Генрих Николаи написал в память о Хакмане стихи. Эти стихи мы пока не нашли, но приведем здесь другие — эпиграмму «Новый дворянин», приложенную среди других к берлинскому изданию 1810 года поэмы «Имение Монрепо в Финляндии. 1804»:

Mein Ahnherr wählte sich zum Wapen dieses Bild.
Du lügst, — zu seiner Bude Schild.
    (Мой предок избрал сей рисунок для герба.
    Вы заблуждаетесь, — для своей вывески.)

    Нет оснований утверждать, что эпиграмма Николаи направлена на кого-то из семьи Хакман. Однако правда, что заветной целью торговцев того времени было получение дворянства. Мария Элизабет была дочерью коллежского советника, но родилась еще до получения отцом этого чина и связанного с ним наследуемого дворянства. На ее карете был герб, и она пользовалась печатью своего отца с изображением печи для сушки цикория. Мария Хакман могла и не знать эпиграммы Николаи, но не могла быть незнакома с его позицией. Так или иначе, при очередном ремонте кареты госпожа Хакман велела убрать с нее герб, оставив лишь вензель. Только сын Марии Юхан Фредрик Хакман (1801-1879) получит заветное дворянство, и только в 1874 году, в день своей золотой свадьбы.

    Когда юный Юхан Фредрик Хакман начал получать домашнее образование, Людвиг Генрих Николаи позволял ему пользоваться своей библиотекой в Монрепо. Пауль Николаи, ровесник Марии Элизабет, также поддерживал добрые отношения двух семейств. Особенно сблизилось второе поколение хозяев усадеб на почве увлечения оранжереей. Поначалу Мария Элизабет опережала в этом вечно занятого дипломатической службой Пауля, но когда тот вышел в отставку и нанял нового садовника, Генриха Юлиуса Краца, то быстро наверстал упущенное. В это же время объединяло две усадьбы и производство цикория. «Военно-статистическое обозрение Российской империи» в 1859 году называет в Выборгской губернии только две фабрики цикория — в Херттуале и в Монрепо, причем в Монрепо годовой оборот был больше.

    Вполне вероятно, что производство цикория было совместным предприятием, и сбытом продукции обеих фабрик занимались Хакманы. Кстати, именно через Выборг цикорий распространился в России. Ростовский купец и краевед Иван Иванович Хранилов, сам проведший молодые годы в Выборге, писал в 1851 году: «Более половины крестьян Ростовского уезда занимаются обработкою цикория в разных видах. В России занимались ею первоначально в Выборге. Некто Гакман, немец, имел там распашку для цикория и приготовлял из него только молотый кофе, который, набивая в бумажныя трубочки, продавал в Петербурге и прочих городах России. <...> В Ростовском уeздe был крестьянин Графа Орлова, Золотахин, житель села Поречья Рыбнаго. Живши долгое время на чужой стороне, именно в Выборге, он сам сеял цикорий, сам его драл, мыл, рубил, сушил, обжигал, молол и набивал в трубочки у вышепомянутаго немца Гакмана. Хорошо понявши ход дела, Золотахин после нашел выгоднее заниматься этим промыслом на своей родине. Проживши лето, по обыкновению отправился он в свое Поречье, захватил с собой фунтов пять семян немецкаго цикория и стал обработывать его так же, как обделывал в Выборге у Гакмана». Позднее семья Николаи, видимо, уступила фабрику в Монрепо соседям, по крайней мере в материалах о создании в Монрепо добровольной пожарной команды в 1890-е годы эта фабрика упоминается уже только в связи с Хакманами.

    В Херттуале, как и в Монрепо, был пейзажный парк и даже своя вышка «Бельвю» на вершине скалистого холма. Дом Марии Хакман, как предполагали финские историки, был спроектирован жившим в Монрепо Джузеппе Антонио Мартинелли. Правда, этот старый дом сгорел вместе с оранжереей в 1819 году, а новый дом, известный нам по довоенной графике, проектировал, вероятно, Карл Людвиг Энгель.

    Усадьба Херттуала почти полностью утрачена, но о семье Хакманов в Выборге напоминает их знаменитый «Гранитный дворец» на улице Северного вала. Этот дом был построен по проекту Уно Ульберга и Акселя Гюльдена в 1907/1908 году, когда фирма «Хакман и Ко» принадлежала внуку Марии Вильгельму Хакману и его сестре Александрине Экстрем, хозяйке Саммонсари. Внук Александрины Гуннар Экстрем (1897-1972) до войны был шефом главной конторы фирмы «Хакман и Ко», его кабинет располагался на первом этаже Гранитного дворца, справа от первой парадной. Внук Гуннара Робин Экстрем, посетивший Монрепо в прошлом году, собственно и побудил нас своими рассказами уделить пристальное внимание истории острова Саммонсари и семейств Хакманов и Экстремов. Выражаем господину Робину Экстрему нашу искреннюю благодарность.

Валентин Болгов,
главный хранитель музейных предметов

*)    http://parkmonrepos.org/content/byli-ostrova-bylinnyy-kapitan-kapitanov
    http://parkmonrepos.org/content/byli-ostrova-bylinnyy-ded-ramzay-i-shotl...

Литература
•    Ijäs, Ulla. Talo, kartano, puutarha. Kauppahuoneen omistaja Marie Hackman ja hänen kulutusvalintansa varhaismodernissa Viipurissa. / Turun yliopisto. Turku, 2015. ISBN 978-951-29-6053-8 (PDF)
•    «Hackman & Co». // Mercator. Zeitschrift für Handel und Gewerbe Finnlands. 1911. Dezember. S. 186-189.
•    Военно-статистическое обозрение Российской империи. Т. 1. Ч. 6. Выборгская губерния. СПб., 1859. С. 32.
•    Хранилов И. И. Огородничество в Ростовском уезде. // Ярославские губернские ведомости. 1851. Часть неофициальная. №50. С. 485-486.

Иллюстрации

1.    Портрет Марии Хакман. В журнале «Меркатор» (1911).
2.    Радемахер Н. Г. Усадьба Херттуала. 1840-е гг.
3.    Радемахер Н. Г. Усадьба Монрепо. 1840-е гг.
4.    Усадьба Херттуала на карте 1863 года (фрагмент).
http://digi.narc.fi/digi/view.ka?kuid=17988773
5.    Кабинет шефа конторы «Хакман и Ко». В журнале «Меркатор» (1911).
6.    Фасад дома фирмы «Хакман и Ко» (выделено окно кабинета шефа).
http://digi.narc.fi/digi/view.ka?kuid=18651591
7.    Скалы Саммонсари, вдали берег Херттуалы. В книге Хенрика Рамси «Лето и парус» (1946).
8.    Цветок Цикория.