Еще в 1985 году Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры признало парк Монрепо природным заповедником. Но, к сожалению, эта тема не нашла должного развития в последующие годы. Накануне реставрации в парке были проведены комплексные исследования, и у нас, наконец, появилась возможность задать вопрос специалисту: чем уникален парк Монрепо с точки зрения природы? Отвечает один из авторов проекта реставрации парковой территории, генеральный директор ООО «ЛИК» Алексей ЛОДЫГИН.
 
- В Монрепо уникально все!
 
– Давайте начнем с главного – граниты. Монрепо – скально-пейзажный парк.
– Как известно, мы живем на территории Балтийского кристаллического щита. Считается, что Монрепо – место с наиболее интересными выходами гранитов на поверхность, организованных в виде так называемых бараньих лбов. Все эти сельговые холмы, из которых слагается рельеф – последствия Ледникового периода.
 
 
– Сколько лет гранитам Монрепо?
 
– От полутора до двух миллиардов лет.
 
– Возможно, это надо писать в путеводителе: «У вас под ногами гранит, которому два миллиарда лет». Впору задуматься о вечном.
 
– И все эти граниты с определенной структурой. Их изюминка в том, что они пронизаны горизонтальными и вертикальными трещинами, так что порой создается впечатление, что скалы и валуны Монрепо искусственного происхождения. На Youtube даже есть множество фильмов с теориями о древних мегалитах Монрепо, которые создала неизвестная цивилизация. Оставляю это без комментариев.
 
– Вы теорию о мегалитах отвергаете полностью? Во всем виноваты трещины в граните?
 
– Да, отсюда гипотезы и вымыслы. Обследованная территория (35 га) представлена пятью крупными, вытянутыми вдоль берега залива, понижениями, окруженными сельговыми грядами. Гряды имеют небольшие относительные превышения (8-15 м), что связано не только с естественными процессами развития территории, но и с антропогенным воздействием.
 
– Скальная территория имеет свои особенности?
 
– Здесь применима следующая логическая цепочка: граниты (скалы) определили рельеф парка, он, в свою очередь, – водный режим, который предопределил разнообразие почвенных условий, а те, в свою очередь, стали основой для биологического разнообразия. Геология, неживая составляющая парка, дала возможность проявиться живому. Когда Людвиг Генрих Николаи приобрел усадьбу, здесь были фактически голые скалы – бараньи лбы, поэтому он завозил в усадьбу огромное количество земли. Мы находили эти факты в его переписке, а когда провели почвенное обследование, то обнаружили, что, например, в районе плодового сада сразу слева от Главных ворот и около Усадебного дома слой привезенного грунта доходил до 1 метра. Причем, завозка грунта началась еще при первом владельце – Ступишине
 
 – Значит, археологических находок вроде следов древних карельских поселений ждать не стоит?
 
– Подобные археологические исследования в ходе реставрации не планируются. Зато когда на территории парка поработали почвоведы, выяснилось, что в Монрепо около 90 видов различных почв. Только вдумайтесь, на 35 га – 90 видов почв! Такого нет нигде.
 
– Это из-за того, что почвы завозили?
 
– Завозные классифицируются одним видом, а все остальное – естественный природный процесс.
 
– Что нам дает разнообразие почв?
 
– Почвы определяют большой видовой состав растений. Если взять наше геоботаническое обследование, то только на 35 гектарах обследованной территории было обнаружено и описано порядка 509 высших сосудистых видов растений.
 
– Растения из Красной книги имеются?
 
– Мы обнаружили три: полушник озерный, кувшинка четырехранная и кизильник черноплодный.
 
– Кувшинка – это белые лилии, которые так красиво цветут в бухте?
 
– Да. Кроме того, описывались мхи и лишайники. Наш ботаник обнаружил 79 видов лишайников и 125 видов различных мхов.
 
– Получается, что нелегальные скалолазы наносят вред не только скалам, но и мхам.
 
– Это очень слабо сказано. Толщина фактически ничем не закрепленного надпочвенного покрова на скальных массивах составляет от 1 до 10 см. Человек, который проходит по скалам, создает нагрузку и нарушает напочвенный покров. Для того чтобы это восстановилось, должны пройти столетия. Вот почему Николаи и завозил грунт, он создавал условия для жизнедеятельности растений. А тут человек прошел неосторожно и на двести лет отбросил историю места, а если таких людей сотни…
 
– Это уже касается туристов, которые ходят не по туристическим маршрутам.
 
– Наше обследование показало, что в некоторых местах уровень регрессии почвенного покрова достигает 70% – это результат нерегулируемой антропогенной нагрузки. Поэтому в проекте предусмотрены четыре основных туристических маршрута. Некоторые части парка, например, Людвигштайн, мы будем рекомендовать для посещения только организованными группами. Это скальный массив, и если его открыть для массового посещения, то напочвенный покров острова будет просто-напросто потерян.
 
Похожая история на острове Палатки и на Краю света, где туристы ходят по корням деревьев (корни – свидетельство близости гранитных массивов). Там будут сделаны деревянные настилы, что будет способствовать восстановлению почвенного покрова.
 
– Из ваших слов я поняла, что туристы должны научиться ходить по дорожкам парка?
 
– Конечно, это же культура поведения. Для тех, кто пришел развлечься, мы организовываем специальную пикниковую зону. Экосистема легко повреждается и трудно восстанавливается.
 
– Мы отвлеклись от темы уникальности природы Монрепо. Что насчет птиц?
 
– Все птицы на территории парка кочующие, никого из краснокнижных орнитологи не выявили в результате двух сезонов наблюдения. То же самое с ихтиологией. Хотя рыбное население в бухте разнообразно, оно все приходящее.
 
– Значит, самое уникальное – это выходы гранита?
 
– Граниты к тому же определяют водные режимы. Здесь они очень хитрые. Вы знаете, что «Нарцисс» и все остальные колодцы и источники – это явления одной природы? (Кроме «Нарцисса» в парке имеются два колодца: около усадебного дома и в оранжерее; и два подпора вод в гранитах: на дамбе Розенталь и на лугу за Нарциссом). Водоносные пути – тектонические трещины в граните. Откуда идет вода по этим трещинам – неизвестно, может быть, километры пути, а потом изливается в определенных местах, где обычно есть глиняный водоупор.
 
– Какого качества вода?
 
– Во время проведения обследований, а это 2012 год, вода соответствовала всем санитарным показателям, кроме бактериологического фона.
 
– Что это значит?
 
– В советские годы каптажный колодец реставрировали, но со временем раствор выкрошился, образовались щели. И вот через эти щели внутрь колодца стали попадать лягушки. Там они жили и умирали. Когда мы вскрыли колодец в 2012 году, оказалось, что там около полуметра полуразложившихся лягушек – буквально лягушачий суп. Мы почистили, но через год колодец опять был полон лягушек. Самое интересное, что свинцовая заливка, сделанная при Людвиге Николаи, сохранилась хорошо, а вот заливка, выполненная в 1970-е, разрушилась, и в этих швах жили сотни лягушек. Я такое первый раз видел.
 
– Наверно, почти как в фильме ужасов?
 
– Фильм ужасов начался тогда, когда мотопомпа стала откачивать не воду, а вот этот лягушачий суп: кости, останки лягушек, в котором копошились и прыгали еще живые. И тут же идут туристы, смотрят, берут воду и пьют. Мы им говорим: «Вы что, не видите, что идет из колодца?». «Ну и что?»,- отвечают. Воду по-прежнему продолжают пить, несмотря на объявление и сообщения в СМИ.
 
– Вы восстановите источник? После реставрации вода пойдет из маскарона пасти льва?
 
– Я уверен в этом на 90%, через пару месяцев узнаем точно. На мой взгляд, давления нет из-за разгерметизации швов верхних блоков, вода уходит в щели. Восстановим гидроизоляцию, и думаю, все получится.
 
– Правда, что вода в источнике целебная?
 
– Легенды имеют право на существование. Ну, если говорить о том, что вода немного обогащена радоном, то может и лечебная.
 
– Похоже, нам еще много предстоит узнать о парке.
 
– Да, это очень большая тема. Жителям Выборга надо гордиться, что у них есть такой парк, и стремиться эту красоту познавать, ценить и сохранять…
 
                                                                Беседовала Ирина АНДРЕЕВА, пресс-служба музея-заповедника «Парк Монрепо»