17 Апр, 2017

17 апреля 1867 года барон Леонтий Павлович Николаи «За отлично-усердную и ревностную службу» награждён орденом Белого Орла.

Уже само название говорит о нерусском происхождении ордена. По преданию, его учредил польский король Владислав Короткий (Локоток) из династии Пястовеще в 1325 году.  А восстановил его в 1705 году король Польши и курфюрст Саксонии Август II. В то время в Польше находился русский царь Петр Алексеевич, при встрече монархов были названы первые кавалеры ордена Белого Орла. Ими стали польские шляхтичи, которые поддержали короля Августа в неудачной для него войне со Швецией. Еще через 7 лет, когда монархи встретились вновь, они обменялись наградами: Петр I пожаловал Августу орден Андрея Первозванного, а король польский вручил русскому государю орден Белого Орла. При императоре Николае I, в 1831 году, Польша вошла в состав Российской империи как Царство Польское. С тех пор орден Белого Орла вошел в систему российских государственных наград. Этот орден – достаточно редкая награда. До конца XVIII века всего 148 россиян стали кавалерами ордена Белого Орла. Среди них – императоры и императрицы Российской империи, князь А. Меншиков, генералы Репнин, Шереметев, Я. Брюс.  Один из самых достойных кавалеров ордена – Павел Степанович Нахимов, адмирал, герой Крымской кампании, который возглавил оборону Севастополя после смерти вице-адмирала Владимира Алексеевича Корнилова. Такой же награды был удостоен художник Иван Айвазовский. Звезда ордена, которую он получил, хранится в Историческом музее в Москве.

У ордена Белого Орла нет ни степеней, ни классов. Знаки ордена: золотой крест, золотая восьмиконечная звезда и темно-синяя муаровая лента. По синему фону вокруг креста девиз ордена «Pro Fide, Regeet  Lege» – «За Веру, Царя и Закон».  Над знаками этого ордена работали ювелиры Иоганн Динлингер, работы которого хранятся в Дрезденском музее искусств,  швейцарский мастер Паллар, Иоганн Келер. Известна звезда ордена мастера Мартина Бьенне, она хранится в Варшаве, выполнена в начале XIX века.

Орден Белого Орла – это награда за подвиги в военном деле или  за заслуги на гражданском поприще. Для награждения за ратные подвиги на орден помещали два скрещенных меча, проходящих через центр звезды.

К моменту награждения орденом Белого Орла Леонтий Павлович Николаи носил военные эполеты уже 30 лет. Он единственный из трех сыновей Пауля Николаи выбрал для себя карьеру военного.  По ходатайству отца в возрасте 13 лет Леонтия зачислили в Морской кадетский корпус, которым руководил тогда Иван Федорович Крузенштерн. В звании мичмана Николаи нес боевое дежурство в Балтийском море на фрегатах «Паллада», «Кастор», «Аврора» и «Амфитрида». В чине лейтенанта Леонтий Павлович на корвете «Андромаха» под командованием адмирала Михаила Лазарева совершил поход в Средиземное море. 

Неизвестно, по каким причинам он ушел с флота. Окончив Военную академию, в 1846 году Леонтий Павлович едет на Кавказ, где уже служит его младший брат Александр. А наместником Кавказа тогда был граф Михаил Семенович Воронцов, близкий друг семьи Николаи.

Началась боевая служба барона на Кавказе, продолжавшаяся с небольшим перерывом в течение двадцати лет. Перерыв был связан с участием барона Николаи в подавлении Венгерского восстания в Австрийской империи в 1849 году. Он состоял при штабе фельдмаршала Паскевича-Эриванского. За участие в Венгерской кампании Леонтий Павлович Николаи был награжден золотым оружием с надписью «За храбрость».

Вернувшись в Россию, он получил новое назначение – в Вологодскую губернию – наблюдать за проведением рекрутского набора. После чего, уже в звании флигель-адъютанта, Николаи возвращается на Кавказ. Он принимает командование Кабардинским пехотным полком, который вел активные боевые действия с горцами имама Шамиля. «В воздаяние отличных подвигов мужества и храбрости, оказанных в 1853 году в делах против Горцев, а особенно за отличие, оказанное 17-го Февраля при штурме и овладении неприятельскою позициею на сильно укрепленном берегу реки Мечика» барон Николаи награждён орденом св. Георгия 4-й степени.

3 октября 1854 года Шамиль, пытаясь вторгнуться в Кумыкскую долину, подошел к аулу Исти-су, но отчаянная оборона жителей горного селения и солдат небольшого гарнизона задержала его, пока из Куринского ущелья не подоспел на помощь барон Николаи со своими солдатами. Войска Шамиля были разбиты и бежали в ближайшие леса. За эту операцию Леонтий Павлович 6 декабря того же года был произведён в генерал-майоры с назначением в Свиту Его Императорского Величества.

Наконец, барон Леонтий Николаи в составе Главного Дагестанского отряда под начальством Главнокомандующего русской армией на Кавказе был участником знаменитого похода 1859 года, который закончился взятием в плен имама Шамиля.

            Шамиль со своей семьей и 400 нукерами укрылся в ауле на вершине горы Гуниб. Он решил стоять там до конца. Барятинский хотел взять Шамиля живым и две недели безуспешно пытался уговорить имама сдаться. В конце концов русская армия окружила аул и приготовилась к штурму. Ради сохранения жизни женщин и детей Шамиль сдался 6 сентября 1859 года. Через всю Россию из Гуниба его доставили в Петербург, где он встретился с Александром II. Затем Шамиля с семьей поселили в Калуге, даже позволили совершить хадж в Святую землю. Имам умер в 1871 году и похоронен в Медине.

Очевидцем пленения Шамиля был живописец Теодор Горшельт, написавший об этом картину. Горшельт изобразил князя Барятинского, который  встречал Шамиля, сидя на камне, в окружении своих подчиненных и горцев из числа присягнувших на верность России. Среди окружения Барятинского и барон Николаи. Он изображен на картине в мундире с георгиевским крестом на груди. За эту операцию Николаи был произведен в генерал-лейтенанты. Кроме того, ему было объявлено Монаршее благоволение.

Леонтий Павлович Николаи был участником драматического эпизода обмена сына имама Шамиля Джамалуддина на пленниц имама. Случилось это весной 1854 года. В ходе набега на Кахетию сын Шамиля Гази-Магомед заглянул в знаменитое имение Цинандали –  вотчину знатного грузинского рода князей Чавчавадзе. Были уведены в плен жена и четверо детей князя, а также Варвара Орбелиани, гостившаяв Цинандали. Среди пленниц оказалась и мадемуазель Анна Дрансэ, прибывшая в Грузию из Парижа и поступившая на работу в дом князя Чавчавадзе в качестве гувернантки. Выкуп, требуемый Шамилем, даже царь посчитал непомерным – миллион рублей серебром. 8 месяцев шли переговоры, в которых участвовал барон Николаи. В результате переговоров пленницы были обменены на сына Шамиля Джамалуддина и нескольких пленных горцев. Кроме того, имам получил 40 тысяч рублей серебром в качестве выкупа. Обмен произошел недалеко от Куринского укрепления. Прощаясь с Джамалуддином,  барон Николаи подарил ему свою шашку. С сыном Шамиля у барона установились дружеские отношения. И вернувшись на Кавказ, Джамалуддин поддерживал общение с Николаи, в том числе и ради получения русских книг.

Во время службы на Кавказе Леонтий Павлович вел дневник.  Вот последняя запись в «Дневнике»: «28 марта. Отрядъ распущенъ и я возвращаюсь въ Хасавъ-юртъ». Здесь дневник прерывается. Проведя часть лета 1857 года с отрядом на Хоби-Шавдонских высотах для постройки там укрепления, барон Николаи сдал Кабардинский полк преемнику, князю Дмитрию Святополк-Мирскому, и выехал в годовой отпуск в Россию и за границу. По возвращении он командовал Кавказской Гренадерской дивизией, участвовал в экспедициях 1859 и 1864 годов, которыми закончилось покорение Кавказа. Но он не оставил в своем «Дневнике» подробного описания этих последних подвигов, достойно завершивших Кавказскую войну…

Материал подготовила Лисица Наталья Николаевна,

библиотекарь ГБУК ЛО «ГИАПМЗ «Парк Монрепо»