28 Июн, 2018

  Недавно (22 мая) на официальной странице музея в сети «ВКонтакте» мы опубликовали <https://vk.com/monrepovyborg?w=wall-99022655_3288> один из музейных предметов фонда редкой книги – издание Писем Аббата Галиани. Фердинандо Галиани (1728–1787) был выдающимся писателем эпохи Просвещения. Прибыв в 1759 году в Париж в качестве неаполитанского дипломата, Галиани сблизился с энциклопедистами, с которыми после своего возвращения в Неаполь продолжал переписываться. Экономические труды Галиани «О деньгах» и «Диалоги о хлебной торговле» написаны живым языком и полны остроумных суждений. Письма Галиани, изданные впервые в 1818 году, неоднократно переиздавались.

  Людвиг Генрих Николаи был лично знаком с Галиани. Впервые они встретились в Париже, куда Николаи отправился по окончании Страсбургского университета в 1760 году. Встречались они и в Неаполе, причём дважды: в 1767 году, когда Николаи сопровождал сыновей Разумовского в их образовательном путешествии, и в 1782 году, когда Николаи состоял в свите великокняжеской четы Павла Петровича и Марии Фёдоровны. В это же время (1782) Галиани стал почётным членом Императорской Академии наук в Санкт-Петербурге.

  В 1811 году Николаи написал «Воспоминания», представляющие собой очерки характеров многих известных людей, с которыми автор имел честь быть лично знакомым. При жизни Николаи рукопись не была издана и впервые увидела свет только в 1965 году в составе монографии Эдмунда Хайера (Университет Ватерлоо) «Л. Г. Николаи (1737–1820) и его современники». Предлагаем Вашему вниманию главу о Галиани из Воспоминаний Николаи.
                     

***

  С аббатом Галиани я познакомился в 1760 году в Париже, где он был секретарём неаполитанской дипломатической миссии. Человек, скорый на резкие остроты. В то время он ещё не владел французским в совершенстве; если ему не хватало слова, он офранцуживал итальянское и употреблял его с такой уверенностью, словно взял его из академического словаря. Пуристу, упрекнувшего его в этом, он ответил: Вы должны быть мне благодарны. Ваш язык – нищий, я подал ему милостыню.

  В незначительных событиях он находил неиссякаемые сокровища, и притом обладал особым даром удачно размещать этот капитал; примеры можно найти в его Диалогах о хлебной торговле, книге, в которой он скучнейшую материю разбирал с одинаковой лёгкостью и проницательностью. Из его уст я припоминаю два следующих анекдота:

  Некий монсеньор*, родившийся в маленьком папском городке у бедных родителей, достиг в Риме своими талантами процветания и престижа. Его удача поманила в Рим и его младшего брата, желавшего разделять удовольствия и также играть какую-то роль в свете. Монсеньор чувствовал, что в благородном кругу, который он посещал, неотёсанному юноше будет мало чести. Но он не хотел совсем отказать просьбе брата ввести его в этот круг. Однако предупредил, что римляне охотно посмеются над новичком провинциалом, и посоветовал не вступать в беседу, пока к нему достаточно не приглядятся и не узнают ближе. Брат последовал этому совету буквально и на всякое приветствие, на всякий вопрос молчал как рыба. Однажды вечером он долго просидел в полном одиночестве у камина в анфиладе. Проходя анфиладой, один кавалер спросил у шедшей с ним дамы: Кто же этот человек, которого я всегда здесь вижу, но ни разу не слышал? Это брат N, ответила дама, истинный болван. Тот, ясно всё расслышав, направился в залу и потянул монсеньора за рукав: Разреши мне разговаривать, брат! Они меня уже узнали.

  Другой монсеньор владел небольшим уединённым домом на дороге в Неаполь. Чтобы иметь иногда хоть какое-то общество, он постоянно останавливал проезжавшего мимо прокаччо, уводил его пассажиров к себе и угощал их. Чтобы избежать этой частой потери времени, прокаччо стал объезжать виллу по полям и лугам и только далеко за ней возвращался на дорогу. Крестьяне, чьи посевы и траву он вытаптывал, привлекли его к суду, а он отправил их к монсеньору, из-за которого вынужден был пойти на такое преступление. Приговор гласил: прокаччо должен возместить убытки; ma Monsignorefudichiarato Senatoredistradapublicca [итал. – но монсеньор был объявлен сенатором мирской дороги].

  В 1767 году я виделся с ним в Неаполе почти ежедневно. Там он рассказал мне: Уже в юности я зло шутил и писал небольшие фарсы и сатиры. Мой отец, весьма серьёзный финансовый советник, часто упрекал меня за шалости и потерю времени. Ничего путного, говорил он, не выйдет из-под твоего пера. Уязвлённый таким пророчеством, я в тайне написал работу: О деньгах, и через третьи руки передал её министру как опус некоего безвестного юноши. Министр, как я предвидел, отдал работу моему отцу, чтобы тот представил ему своё о ней суждение. Отец прочёл, восхитился и велел позвать меня. Вот, несчастный бездельник! сказал он, подойди и узнай на примере юноши твоих лет, как надо работать, чтобы принести пользу и себе, и государству. Прочти и устыдись. Молча я взглянул на тетрадь, выбежал и вернулся со своим черновиком. Как? Это ты, мой сын? Отец едва не задушил меня в своих объятиях и с триумфом отвёл меня к министру.

  У Галиани была оригинальная манера работать. Он представлял свою книгу в уме, разделял её на главы и параграфы, перерабатывал её, не прибегая к перу, часто убирал или изменял отдельные слова, проговаривал целые отрывки, как будто читал их с листа, и наконец диктовал свой труд писарю.

  В Неаполе его мало любили. Его язык был острым, а самолюбие чрезмерным. В 1782 году я застал его на очень незначительной должности. Я посочувствовал ему. Стыд и срам! вскричал он. Речи, достойные Цицерона, я ежедневно транжирю в глупой конторе, и они истлевают в пустыне Протокола!

  Он был привержен наслаждениям, которые, впрочем, не были предосудительны для аббата. Я уже имел случай рассказать, с каким энтузиазмом он говорил о войне императрицы Екатерины II с турками, как он желал увидеть благодаря Ей Грецию восстановившей свой былой расцвет, и как он спешил просить Её назначить его епископом острова Китира.
______________
*) Этот титул получал в Риме всякий прелат, и отличительным знаком его были синие чулки.[Прим. авт.]
***

Пер. с нем. яз. В. А. Болгов.

Перевод осуществлён по изданию: Heier, Edmund. L. H. Nicolay (1737–1820) andhiscontemporaries. TheHague: MartinusNijhoff, 1965. P. 102-104.

Иллюстрации:
ПМ-КП-31/4.РК-76. Книга. DieBriefedesAbbeGaliani. MunchenundLeipzig, 1907. Верхняя крышка переплёта. Оборот авантитула. Фронтиспис. Титул.
Из собрания ГБУК ЛО «ГИАПМЗ «Парк Монрепо».