25 Авг, 2020

        Изящный и помолодевший
Встает он медленно из пепла многих лет,
Из незабытого пожара.

‒ Л. Г. Николаи.
«Имение Монрепо в Финляндии. 1804».
Пер. с нем. яз. И. И. Городинский.

 

            Недавно мы писали об истории учреждения в 1896 году Добровольного пожарного общества Монрепо.* Дружины этого ДПО должны были содействовать казенным пожарным частям, первыми прибывая к месту пожара в поселках Сорвали, Сауналахти или Хиекка. Землевладелец Монрепо барон Павел Николаевич Николаи был отзывчив к нуждам ДПО и поначалу оказывал обществу материальную поддержку. Однако после революционных движений 1905 года, сопровождавшихся вопиющими случаями хулиганства в парке усадьбы Монрепо, барон Николаи прекратил финансирование. Вряд ли доблестные пожарные были причастны к рабочим волнениям, скорее уж дело было в перебоях с поступлением арендной платы от жителей поселков ‒ существенным источником дохода для имения Монрепо. Впрочем, ДПО вполне было способно к экономической самостоятельности за счет членских взносов и устройства праздников и лотерей.  Карл Гирске, крестник основателя ДПО Монрепо Александра Кудрявцова, вспоминал о таких праздниках: «Там играл клавесин, проводились соревнования по метанию дротиков, для мальчиков устраивались поединки на бревнах. Крестная и другие женщины в пожарной команде усердно трудились, чтобы сделать и продать побольше бутербродов и разнообразных закусок посетителям».

 

            Не все было радужно в службе добровольцев-пожарных. Проблемы возникали как с противопожарным оборудованием, так и со своевременным обучением пожарному делу. Да и необходимые пожарные пирсы для забора воды в заливе так и не были устроены. Это неоднократно отмечалось инспекцией в отчетах, опубликованных в хельсинкском журнале «Пожарный рожок». Обратимся к этим весьма любопытным для истории пожарного дела публикациям, но начнем с репортажа о трагедии в 1903 году.

***

            «21 [июня] в 3.35 утра пожарная станция была оповещена по телефонну о том, что пожар произошел на окраине Выборга, но на деле это оказалось в поселке Сорвали, который расположен за городом и находится примерно в 4 километрах от главной пожарной станции. По прибытии к месту пожара, к лавке и пекарне Хейдмана, оказалось, что огонь и густой удушающий дым уже вырывались сквозь слуховые окна кровли. Благодаря достаточному количеству воды из [залива] Сауналахти, тушение продвигалось успешно: с огнем совладали в течение получаса, однако не раньше, чем две сажени березовых дров, уложенных поверх и вокруг печи, были растащены и погашены. Только после того, как опасность распространения пожара миновала, стало известно, что на чердаке жил бывший музыкант Кергин, и он, вероятно, сгорел. Печальное событие подтвердилось, тело нашли частично обгоревшим. В комнате была найдена полупустая бутылка водки. Пожар, который по неосторожности начался на чердаке, уничтожил поленицу дров, а также крышу и дощатые стены вокруг печи. Пожарная команда Монрепо споро и расторопно участвовала в тушении пожара».

***

Й. В. Арнивара. Отчет инспекции 1912 г.

            «Монрепо расположено в Выборгской волости и принадлежит барону Николаи. В территорию входят следующие поселки: Пикирууки, Павловский, Хиекка, Сауналахти, Ликолампи и Сорвали, расстояние от Выборга составляет 4‒5 км. Население 6000 человек. Каменных домов 3, деревянных домов 700. Ширина улиц 12‒16 м. Добровольная пожарная команда Монрепо насчитывает 85 членов. Инспекция была проведена 6 октября 1912 г., присутствовало 30 членов.

            Телефон есть в каждом депо, а также у шефа. Центральное депо открыто круглосуточно. Общая тревога подается старомодной ручной сиреной и колоколом на башенке депо, а также маленькими рожками, расположенными в разных частях поселков. Пожарная команда прибывает к месту пожара в течение 10 минут.

            Из поселковых колодцев пригодны для ручных пожарных насосов 7 шт, в большинстве дворов колодцы еще меньше. К месту пожара воду доставляют местные владельцы лошадей. За первые три бочки воды положено вознаграждение соответственно в 10, 5 и 3 марки. Естественные водозаборы у заливов труднодоступны.

            Команда располагает тремя двухколесными ручными насосами, произведенными в Людвигсберге. Они проверяются раз в месяц. Насосы в рабочем состоянии.

            Рукавов имеется всего 262 м, частями по 20-50 м. Рукава диаметром 62 мм, изготовлены из конопли, снабжены резьбовыми соединениями и хранятся в бухтах на насосах. Летом просушиваются на улице, зимой в депо. Муфты и патрубки к рукавам имеются в достаточном количестве. Команда планирует приобрести еще больше рукавов.

            Лестницы и спасательные инструменты: 2 шарнирные лестницы, 1 крюковая лестница (не очень практичная, так что команда решила купить новую), 1 спасательный парус, 3 спасательных троса с поясами.

            Специальное снаряжение: 2 пожарных паруса, 2 огнетушителя, 42 ведра, 3 факела, 9 фонарей, 3 лопаты, 6 топоров и 5 железных багров. Эти и другие более мелкие орудия транспортируются к месту пожара на четырехколесной, изготовленной на заказ повозке. Пожарное снаряжение доставляется к месту пожара лошадьми, что обходится почти в 28 марок за выезд.

            Зона действия ограничена Замковым мостом и Хиеталой, около 6 км.

            Пожарный инвентарь хранится в трех подсобных помещениях с печным отоплением. Из подсобных помещений 1 находится в Сорвали, 1 в Сауналахти и 1 в Павловском. Все расположены в удобных местах. В каждом строении есть жилье для сторожа. За инвентарем присматривает кладовщик. Для освещения используются керосиновые лампы. Правила напечатаны в небольших брошюрах, распространяемых среди всех членов команды. Ключ хранится у сторожа. Противопожарные инструменты застрахованы на 6000 марок.

            Парадный костюм пожарной команды состоит из шерстяной блузы и пояса. Знаки отличия на рукавах и на воротнике. Латунные каски с цветной лентой и знаком отличия. Костюмы стильные и удобные.

            Пожарная команда имеет два собственных фонда страхования на общую сумму 700 марок.

            Команда имеет свой собственный дом в Сорвали, где также находится зал для собраний. Библиотеки и читального зала нет. Отделения могут также собираться в своих собственных помещениях.

            Команда проводит учения летом раз в месяц. Отделения 2 раза в месяц. На момент инспекции в дополнение к строевым упражнениям проводились работы с насосами, шарнирными и крюковыми лестницами и пожарными парусами. Упражнения выполнены достаточно хорошо. Результаты вписаны в журнал. Общее впечатление от действий команды было хорошим, как и от дисциплины. Тем не менее, в некоторых упражнениях можно было заметить недостаток навыков.

            Расходы команды составляют в среднем до 650 марок в год.

            На расстоянии примерно 3,5 км есть команда в Хиетала. В случае пожара зовут на помощь и ее, и пожарную команду Выборга.

            Так как поселки очень большие и плотно застроенные, и следует опасаться нехватки воды, особенно в случае крупных пожаров, и может случиться так, что пожарные команды Выборга не поспешат на помощь, и придется полагаться исключительно на свои силы, то пожарная команда Moнрeпo должна купить мощный насос и достаточно надежные рукава в самом ближайшем будущем. Точно так же должна быть предусмотрена шарнирная лестница из трех частей. Сигнальные устройства также должны быть улучшены путем покупки новых ручных сирен. Власти также должны, в поддержку работы пожарной команды, устроить большие колодцы, годные для мощных насосов. На берегу также следует построить мостки для насосов в подходящих местах».

***

К. А. Ниеми. Отчет инспекции 1915 г.

            «Отделение Сауналахти. Инспекция 17 октября.

            Кладовая с инструментами была в порядке, как и инструмент, кроме насоса, который после последнего использования оставался неочищенным как внутри, так и снаружи. Кроме того, было нарушением, что винты, которыми крепились уплотнительные кольца клапанов, были в значительной степени ослаблены. Точно так же стаканы цилиндров не имели герметичности, поэтому всасывание было очень слабым, и, таким образом, насос был бы бесполезен при пожаре.

            Во время смотра, к которому были привлечены 17 членов, практиковались с насосом и лестницами. Первая часть прошла довольно хорошо, но выявился недостаток навыков обращения с лестницами.

            Отделение Сорвали. 22 октября.

            И кладовая инвентаря, и сам инвентарь были в наилучшем порядке.

            Смотр, в котором приняли участие 19 человек, включал работу с насосом, при которой предполагалось, что собственное здание пожарной команды в огне и должно быть потушено. Все прошло хорошо.

            Павловское отделение. 24 октября.

            Кладовая и инвентарь здесь также в порядке. В проверке участвовали 12 человек, которые работали с насосом у недавно устроенного пожарного колодца, водоснабжение которого также было проверено, и все прошло удовлетворительно.

            Общее впечатление о команде хорошее, кроме случая с отделением Сауналахти, которое так явно оплошало со своим дорогостоящим насосом. Шеф команды должен следить за тем, чтобы руководители отделений полностью выполняли свои обязанности, точно так же, как каждый член команды должен заботиться о том, чтобы такие промахи в будущем не случались».

***

А. Лескинен. Отчет инспекции 1916 г.

            «8 апреля. Для инспекции 3-х отделений команды они были созваны в центральное депо в Сауналахти, где из 91 члена команды собрались 25, и с ними были проведены упражнения с насосом и лестницами. Все сработали хорошо. Марши были запрещены властями и строевая подготовка не проверялась.

            В других депо был проверен только инвентарь, и было установлено, что он находится в хорошем состоянии. Особенно в отделении Павловского поселка порядок был сразу заметен и в зале собраний, и в кладовой.

            Причина, по которой на смотре было так мало участников, в том что большая часть членов команды несла государственную службу далеко от родного города.

            На покупку моторного насоса накопили 1800 марок».

***

            Добровольное пожарное общество Монрепо, несмотря на отмеченные инспекцией недочеты, вполне успешно справлялось со своими задачами. Разумеется, при деревянной застройке поселков случались время от времени пожары, в борьбе с которыми оказывались бесполезны даже объединенные усилия нескольких пожарных команд. В декабре 1922 года сгорел дотла новенький Дом рабочего класса Монрепо. Вот что писали об этом в выборгской газете «Карелия»:

            «Рано утром в Рождество на северном небе вспыхнуло сильное красное зарево. Пожарная команда была вызвана в 6.31 в дом рабочих Монрепо на холме между пригородом Хиекка и дорогой в усадьбу. Пожар начался как минимум около 5 часов утра. Проходившие мимо дома в это время разбудили сторожа, живущего на втором этаже большого здания, бросая снежки в окно его квартиры. Однако сторож уже не мог выйти на улицу через горящую комнату, но должен был выпрыгнуть из окна внутреннего двора, а затем с помощью лестницы спасать свою семью.

            Когда на место происшествия прибыла пожарная команда (4 км от главной пожарной станции), все большое, частично одно-, частично двухэтажное деревянное здание рухнуло в море огня. Доступ к месту пожара был довольно затруднен, а сила огня была безудержной. Несмотря на совместные усилия городской пожарной команды и различных отделений ДПО Монрепо, дом не мог быть спасен и сгорел до основания со всем своим убранством.

            Пока нет достоверной информации о причине пожара. Видимо, возгорание произошло в тамбуре зала ресторана. Накануне в доме была рождественская вечеринка, но сторож не заметил ничего подозрительного при обходе дома. Было сделано предположение о поджоге, но веских доказательств пока не было получено.

            Сгоревшее здание было построено совсем недавно и включало зал собраний со сценой и балконами, зал ресторана и квартиру сторожа. Дом был застрахован в Обществе взаимного пожарного страхования пригородов и в компании «Сампо» на общую сумму 100.000 финских марок, а также в компании «Турва» на 50.000 финских марок. Сгоревшее имущество сторожа не было застраховано».

            В газете «Народная сила» отметили, что утрата дома, недавно построенного на пожертвования, стала большим ударом для трудящихся, а сумма страховки не покрывала стоимости дома. Тем не менее, уже в новом 1923 году народный дом Монрепо был отстроен заново и стал известен в Выборге как Белый дом**. Так что, эта история закончилась благополучно. Надеемся, что и семью сторожа не оставили без помощи.

Подг. и пер. с шв. яз. Валентин Болгов,
главный хранитель музейных предметов