Паульштайн


«Поднимись к вершине Паульштайна, что вдали покажется парящим над скалою. (То сына был любимый уголок, здесь я о нем всечасно вспоминаю)», - так писал Людвиг фон Николаи в поэме «Имение Монрепо в Финляндии» о скальной гряде, которая находится к северо-западу от главного усадебного дома.


«Слева от сада есть красивое поле, примыкающее с одной стороны к такой высокой и крутой скальной стене, что даже косули не могут спускаться по ней», - писал он сыну Паулю в октябре 1788 года. На гребне этой скальной гряды был построен павильон. «Дом получился таким красивым, что мы хотели дать ему свое имя, и мне пришло в голову, что, если бы Ты сюда приехал, то мог бы наверняка выбрать его своим местом проживания и поэтому мы дали ему имя Paulstei (скала Пауля)» (из письма Людвига сыну. Август 1791 г.) А в августе того же года матушка писала Паулю: «Маленький домик, носящий Ваше имя и предназначенный для Вас…очень милый, привлекательного вида, но чтобы сделать его для Вас ещё более приятным, там был разбит маленький сад, который Вы сможете устраивать на свой вкус».


К павильону был устроен пандусный подъем по самому краю скальной гряды, которая возвышается над центральной поляной. А рядом -  маленький пруд. Стены его выложены обломками гранита. На вытянутом полуостровке предполагалось построить «увеселительный домик».А в саду около Паульштайна Людвиг распорядился посадить «розы и резеду, так, чтобы в дом всегда проникал хороший запах».Самые лучшие цветники парка располагались именно рядом с Паульштайном, где не было угрозы переувлажнения, а территория прекрасно защищалась от ветра с залива.


Каким-то планам так не суждено было осуществиться, павильон «Паульштайн», увы,утрачен в 1940-е годы. Но на террасе Паульштайна, как и прежде,устроен маленький садик, высажены кусты акации, сирени.

И с нее открывается восхитительный вид, который когда-то так радовал Людвига Генриха Николаи: «Я ещё не видел, как получилось поле под Паульштайном. Однако мне пишут, что получилось настолько красиво, особенно дорога вдоль скальной стены, что про себя я называю это "Елисейскими полями"… Все маленькие сады Мартинелли сделал так красиво и прочно, что они тоже служат украшением, а уродливую скалу, на которой покоится Паульштайн, он сделал весьма живописной», - из письма сыну (апрель 1799). И как прежде «Паульштайн стоит во всей красе, так же как и дорога, что тянется под этой скалой».

 

 

П